Фильтрация in Zero

Аналитика

рунет ограничивают

Спасайте себя сами

С момента введения «чёрных списков интернета», призванных защитить россиян от вредной информации, прошло немало времени. Казалось бы, за несколько месяцев можно поправить ошибки, наладить взаимодействие с профессиональным сообществом и отточить правоприменительную практику. Однако, курьёзные ситуации и не думают прекращаться.


К примеру, на днях Роскомнадзор заблокировал ВКонтакте. Когда информация об этом начала расползаться по интернету, ведомство немедленно отреагировало и объяснило, что это была всего-навсего ошибка и IP-адрес ресурса был внесён в реестр запрещённых сайтов случайно. На самом деле, в реестр был внесён не IP-адрес и не конкретная ссылка, а домен vk.com целиком. Кое-кто из операторов даже успел заблокировать социальную сеть. Запись из реестра, конечно же быстро убрали, но выглядела история донельзя глупо, учитывая, что данная социальная сеть всегда шла на встречу Роскомнадзору.

На этом фоне почти незамеченной прошла ситуация с блокирование dreamwidth.org. По меньшей мере несколько дней сайт был недоступен, но 26 мая вновь стал открываться. Это далеко не первый подобный случай – именно данную сеть блокируют часто и с удовольствием. В данной ситуации его заблокировали из-за поста в несколько предложений, опубликованного ещё в 2005 году, причём по IP-адресу. В нём, якобы, содержались призывы к самоубийству и описание способа совершения. Соответствующий пост, кстати, так и не был удалён.

Конечно, ошибиться может каждый и не исключение – там работают люди, а не роботы. Тревогу вызывает другое – из-за ошибки одного оператора может быть заблокировано всё, что угодно. Одно дело социальная сеть, пусть даже и крупная. А если кто-то ошибётся и заблокированы будут ключевые элементы сети? Несмотря на не иллюзорную вероятность такого исхода, ни сама процедура, ни знаменитый закон не корректировались. Нет ни обещанного спецстатуса социальных сетей, ни простого механизма оспаривания решений, ни каких-либо шагов к передаче функций оператора реестра экспертному сообществу. Зато 22 мая на сайте ведомства появился пресс-релиз по итогам проведённого заседания «Экспертного совета Роскомнадзора по массовым коммуникациям». В нём, в частности утверждалось, что ситуации с блокирование ресурсов целиком подвергаются дополнительному контролю:

«В рамках выполнения операторских функций Роскомнадзор с целью исключения возможности причинения ущерба интересам добропорядочных пользователей Интернета и владельцев сетевых ресурсов внедрил в оперативном режиме практику дополнительного сканирования решений о включении в реестр IP-адресов.
В каждом случае, когда по закону требовалось внести в реестр IP, Служба досконально проверяла наличие на этом адресе других ресурсов и при обнаружении режима мультипользования адресом предпринимала дополнительные усилия по информированию и разъяснительной работе с провайдерами хостинга.»

Насколько высоко качества этого контроля, мы уже успели убедиться по ситуации с ВКонтакте. Между тем, Роскомнадзор после изучения международного опыта фильтрации контента в разных странах, вынес несколько рекомендаций для операторов. Суть их сводится к «разработке собственными силами [операторов – прим. ред.] вариантов применения блокировки информации» и не исключения ситуации «что использование DPI-решений в организации работы оператора связи – вопрос времени». Ни описания опыта блокирования контента, ни опыта взаимодействия государственных и общественных организаций предоставлено не было. Так что непонятно, на что опиралось ведомство, готовя свои рекомендации. А ведь аргумент «за границей тоже фильтруют» был одним из основных, когда доказывалась необходимость закона.

Доклад ФРГО

То, что не смог предоставить оператор реестра запрещённых сайтов, предоставил Фонд Развития Гражданского Общества. Это относительно недавно появившийся фонд уже выпустил несколько докладов по наиболее животрепещущим темам. Первым стал доклад «Рунет сегодня», в котором описывалось текущее состояние российского сегмента сети. Вторым, посвящённым интернету, стал доклад «Фильтрация контента в Интернете: задачи, тенденции и методы. Анализ мировой практики». На сегодняшний день это, пожалуй, наиболее полный материал такого рода.

В докладе рассмотрены как общие вопросы фильтрации, так и конкретные методы реализации в разных странах: США, Великобритании, Иране и Китае. На основе исследований авторы выделили 5 моделей фильтрации интернета: либеральную, континентальную, рестрикционную, ближневосточную и азиатскую. Применяющиеся методы фильтрации в России отнесены к континентальной модели и скопированы с Великобритании. Эта модель подразумевает фильтрацию социально опасных ресурсов определённой категории, к примеру, детской порнографии.

Подробно рассказывается о способах фильтрации: как технических, так и административно-общественных, а также способах обхода блокировки. Исследователи делают вывод о том, что фильтрация в принципе позволяет скрыть информацию от подавляющей части населения, но наиболее активная его часть (два процента) находит способ получить к ней доступ. Как только способ обхода распространяется среди основной массы пользователей, принимаются действенные меры по его нейтрализации.

Отдельной главой освещена роль социальных сетей в «арабской весне» и меры властей по их блокированию. Вывод был неожиданным — фильтрация интернета в подавляющем числе случаев приводила прямо к противоположному эффекту. После блокировки части интернета напряжённость в обществе лишь нарастала. Кроме этого, активное присутствие провластных сил в сети приводит к большей мобилизации и сплочённости оппозиционных сил.

В конце доклада даны рекомендации по исправлению сложившейся в России не очень приятной ситуации по фильтрации контента. Фонд выделил несколько основных недостатков работы реестра запрещённых сайтов:
• Недостаточный уровень экспертизы государственных органов(Роспотребнадзор и ФСКН), принимающих решения о внесении тех или иных сайтов в реестр;
• Избыточная фильтрация сторонних сайтов из-за несовершенства механизма блокировки ресурсов по IP-адресу;
• Сложность процедуры апелляции для владельцев внесенных в реестр интернет-ресурсов;
• Отсутствие отработанных и прозрачных алгоритмов взаимодействия с крупными международными сервисами.

Кстати, по опросам общественного мнения, проведённых различными социологическими службами, подавляющее большинство россиян считает цензуру в сети необходимой.

С вопросами о цензуре в рунете, опыте других стран и опасениями превращения России в «китайский вариант интернета» мы обратились к одному из авторов доклада Станиславу Апетьяну, в сети более известному как Politrash:

- Станислав, добрый день! В связи с последними событиями в интернете часто раздаётся что-то типа «паника, паника, как сейчас всё позаблокируют». Как вы относитесь к таким заявлениям?

- Ну, подобные истерики вещь достаточно натуральная и я таким вещам уже не удивляюсь. У нас вообще градус по многих вопросам крайне высокий – люди просто не хотят внимательно читать. Они видят доклад и рассуждают «о, доклад, о фильтрации интернета, наверное, хотят опять всё запретить, интернет закрыть, и вообще всё заблокировать», а читать не хотят. Отношусь я к этому не очень хорошо, другое дело, что если раньше меня это возмущало – почему люди сначала не хотят разобраться, а потому уже критиковать, то теперь я на это реагирую достаточно спокойно.

- Последняя история с ВКонтактом и dreamwidth – как такое могло случиться?

- Случиться могло по двум причинам. Во-первых, у нас большая проблема с экспертизой, с самим наполнением реестра. Те люди, которые сейчас занимаются его наполнением, на мой взгляд, они не должны этим заниматься. Во-вторых, блокировка по IP, которая сейчас является одним из методов – она такой быть не должна. И по-моему, такую точку зрения должны разделять участники рынка. Что меня удивляет, так это то, что со стороны РАЭКа, когда мы опубликовали свои предложения, была какая-то непонятная реакция «нет, нас сейчас всё устраивает». Как нынешняя ситуация может кого-то устраивать, я не понимаю – она же просто не адекватная.

- С другой стороны, со стороны государственных органов тоже не видно какой-то активной работы: проводятся бесконечные круглые столы, экспертные советы и прочие собрания, но ситуация какой была, такой и остаётся. Как в начале могли заблокировать любой крупный ресурс, так и сейчас в общем-то, могу.

- С одной стороны Роскомнадзор признаёт, что ситуация с блокирование материалов целиком неправильна, с другой стороны, ситуация, когда экспертизу проводит Роспотребнадзор и ФСКН его устраивает. Тут возникает большой вопрос по поводу инертности интернет-компаний. Зачастую они ведут себя достаточно инфантильно – не хотят брать на себя ответственность за эти вопросы. Поэтому государство вынуждено этим заниматься, в том числе и Роспотребнадзор, который в общем-то, не для этого создавался. Но если интернет-компании не хотят этим заниматься, не хотят саморегулироваться, значит, их регулированием будут заниматься другие органы. И пока до лидеров российского рынка это не дойдёт в полной мере, ничего не поменяется.

- Но причём здесь операторское сообщество, если оно только предоставляет услугу доступа к информации, а не создаёт её?

- На мой взгляд, не совсем корректно, когда целью регулирования в первую очередь являются операторы связи, а не ресурсы, размещающие незаконный контент. По большому счёту операторы связи от этого страдать вообще не должны – не они виноваты, что где-то размещается детское порно или призывы к суициду. Акцент на регулировании должен постепенно сдвигаться от операторов связи к владельцам тех ресурсов, на которых всё это размещается. Будь то социальные сети или хостинги. Блокирование на уровне провайдеров – это не самый лучший механизм борьбы с нежелательным контентом. Лучше, когда такой контент удаляется с площадок. Конечно, когда мы говорим о каких-то чёрных хостингах, размещённых непонятно где, такое сделать не всегда возможно. Если же мы говорим о социальных сервисах, том же ВКонтакте, то почему вообще операторы должны блокировать доступ к какой-то из страниц, если проблема должна быть решена через администрацию, которая должна удалить такие страницы со своего сайта. Мне кажется, нужно всем понять, что такие вопросы должны решаться не на уровне блокировки, хотя бы потому, что она легко обходится, а на уровне тех сервисов, где информация размещается.

- Не лучше ли тогда было бы установить на каждый компьютер программу фильтрации для защиты детей?

- В теории, было бы лучше. Другое дело , что на практике такое не особо реализуемо. Для этого нужно, чтобы родители детей обладали достаточно высоким уровнем технических навыков. Это мы понимаем, что установить такой фильтр не очень сложно. Для подавляющего же большинства российских интернет-пользователей задача нетривиальна. При сильной грамотности российского общества в интернет-технологиях метод был бы полезен, но пока мы далеки от этого и реализовать в масштабе всей страны подобное очень сложно.

- 22 мая вышел пресс-релиз Роскомнадзора, в котором они дали рекомендации операторам и упомянули, что возможно рано или поздно операторам придётся приобретать оборудование DPI. Не является ли это завуалированной попыткой давления, чтобы провайдеры приобретали это оборудование?

- Для реализации тех задач, который ставит 139-ФЗ перед провайдерами, оборудование DPI не требуется. Поэтому на текущем этапе обязывать тратить какие-то колоссальные деньги на это оборудование абсолютно нелогично и смысла не имеет.

- Ну хорошо, а есть ли где-то статистика, насколько снизилось количество суицидов, случаев продажи наркотиков и подобных вещей по результатам действия закона?

- Статистику, на мой взгляд, получить практически невозможно. Что касается суицидов, моя позиция заключается в том, что включение пункта с суицидом в закон выглядит странно. Обучение суициду – вещь в интернете достаточно редкая. Что касается двух других категорий, то получить статистику сложно, так как эти категории слабо связаны с доступностью информации на соответствующих сайтах. Поэтому я не уверен, что такие вещи можно получить. Поэтому измерение эффективности данного закона, оно не очевидно. Другое дело, государственная борьба с незаконным контентом, она должна быть.

- Разве не странно, что в 2013 году во многих регионах нашей страны нельзя записаться на приём к врачу по интернету, а государство в этом время тратит деньги на чёрные списки?

- Что касается того, что государство не использует возможности сети для оказания услуг – понятно, что проблема есть. Но на мой взгляд, эта проблема постепенно, достаточно медленно, но решается. Есть сайт госуслуг, который худо-бедно работает, есть портал российской общественной инициативы, так что прогресс некоторый есть.

- Перейдём непосредственно к докладу. В нём были упомянуты зарубежные организации, которые проводят исследования интернета и составляют рейтинги. Не являются ли эти организации, да и вообще любые, в том числе и ваш фонд, политическими инструментами, а на свободу как таковую все наплевать?

- Различные рейтинги в целом являются инструментами давления. Все рейтинги, относящиеся так или иначе к политике – инструменты давления и оказания влияния. Тут, я наверно, ни для кого никаких секретов не раскрыл. Ситуация с Freedom House очевидна, эта организация проводит различные цели американской внешней политики. Если посмотреть на её финансирование, то более половины – это правительственный грант. Организация достаточно русофобская, о чём говорит вся история её существования. При этом нужно понимать, что да, организации существуют в том числе и для того, чтобы оказывать влияние, но с другой стороны мы тоже использовали их данные, потому как они делают большую работу по сбору различной фактической информации. К ней надо относиться достаточно критически, но можно брать в расчёт. Что касается нашего доклада, мы попытались сделать его максимально объективным и ушли от обсуждения различных политических моментов как-то «свобода в интернете», «защита свободы слова» или наоборот и т.д., которые являются фундаментом для FH. При этом не секрет, что мы являемся близким к Кремлю аналитическим фондом. Однако обвинить нас в ангажированности в этом докладе достаточно проблематично, хотя бы потому, что рекомендации, которые мы даём, они направлены на улучшение ситуации с цензурированием в рунете. Согласитесь, что наши предложения касательно 139-ФЗ достаточно адекватны.

- Мне кажется, что либеральная модель, применяемая в Японии и США всё же лучше – когда ресурсы блокируют по решению суда и основные претензии направляют к держателям контента.

- Ну, её можно использовать не от слабости, а от силы, когда у тебя мощнейшие спецслужбы, окутывающие весь мир, позволяющие добраться до любого острова в океане. Сверхдержава подобную вещь себе позволить может. У России, на мой взгляд, пока не достаточно возможностей для реализации такой модели. Поэтому страны стремятся ограничить контент, а не уничтожить весь этот контент вместе с его держателями. Ну нет у нас сейчас возможностей охотиться за владельцами порноресурсов по всему миру, хотя наши спецслужбы, насколько я понимаю, взаимодействуют с американскими для раскрытия различных педофильских сетей. Поэтому нужно добиться того, чтобы механизмы фильтрации контента были адекватны и не нарушали сетевую коммуникативную структуру.

- Не кажется ли вам, что в сети есть два типа фильтрации: полезная (фильтрация наркосайтов, детской порнографии, террористических материалов и т.д.) и фильтрация, отстаивающая экономические или политические интересы конкретных групп? К примеру, запрет информации о другой религии, не потому, что она кому-то мешает, а потому что информация может повредить высшим лицам и их власти.

- Да, можно ввести и такую классификацию, но опять же, это будет не универсальная классификация. Для каждого общества понятие «плохого» контента будет различным. Для сильном исламизированных стран, таких как Саудовская Аравия, какой-то контент будет неприемлемым. А для либеральных стран западной Европы данный контент является приемлемым. Тут надо исходить из историко-культурных факторов. Что касается фильтрации политических материалов – когда принимался 139-ФЗ было достаточно много разговоров о том, что этот закон будет использоваться для политической цензуры. Разговоров было много, согласитесь. Если мне не изменяет память, то ещё ни разу данный закон не применялся с целью блокировки политических ресурсов. Это важный момент, на самом деле. Он говорит о том, что закон предназначен для фильтрации ресурсов из тех категорий, которые в нём обозначены. При том, что как я уже говорил, сам механизм блокировки далёк от совершенства.

- Кстати, очень интересен опыт Китая. Они пошли по пути «самообеспечения», если можно так сказать, идей Чучхе, только на другом уровне. У них есть свой аналог фейсбука, твиттера и много чего ещё. Не может ли быть такого, что по каким-то причинам нас тоже заставят пользоваться православными «Одноклассниками», вместо аськи – партийно верным Мейлагентом?

- Замечу, что аська всё-таки тоже является «православной». Я уверен, что в России подобного сценария не будет, уверен на 100%. В Китае подобные ограничения вводились на том этапе, когда количество интернет пользователей было незначительным – речь шла о нескольких процентах активных интернет-пользователей от всего населения. В России сегодня больше половины взрослого населения являются в той или иной мере активными интернет-пользователями. У нас подобные ограничения вызовут не просто недовольство, а активное недовольство, чего никому не нужно. В России, из-за того, что рынок уже сложился, введение подобных вещей невозможно. Поэтому китайский опыт для на не применим. Опять же, у нас лидирующие позиции на рынке занимают российские сервисы и занимают они их естественным образом в конкуренции с зарубежными. И это говорит о том, что не нужно ничего блокировать, а нужно стараться поддерживать тех лидеров рынка, те малые компании, стартапы, которые возникают в России и сражаются в открытой конкуренции. Кроме того, нельзя сделать такие вещи только в интернете, это связано с политической системой. Российская система всё же сильно отличается от китайской.

- Развивая тему Китая – в докладе было упомянут о цензорах, сидящих в интернете и «гасящих» активность, когда она начинает чему-то угрожать. У нас прямых аналогов таких цензоров нет, но зато есть твиттер-боты, ЖЖ-роботы и подобные им вещи. Как тебе кажется, соответствуют ли китайские цензоры тому, что есть у нас?

- Никак не соответствуют. Дело в том, что такие вещи из разных плоскостей. В Китае существует понятие «50-центовая армия». Люди, которые получают деньги за продвижение идей коммунистической партии Китая в интернете – они комментируют политические ресурсы, общаются. В общем, такие вот профессионалы, работающие на КПК. В данном случае можно сравнивать с ними. Вообще, если уж серьёзно говорить, почти в любой стране мира, где есть различные политические дискуссии в сети, подобные явления существуют. В том числе и в США, Франции и других подобных странах. Просто там их действие обычно локализовано периодом избирательной компании, в рамках которых создаются интернет штабы. Волонтёры и люди на окладе там занимаются подобной деятельностью. Если изучить опыт последней избирательной компании в штатах, когда соревновались Обама и Ромни, подобные вещи тоже имели место быть. Хорошее это явление или нет? На мой взгляд, оно просто есть. Это тоже самое, что говорить «хороший или плохой дождь?». Ну есть дождь. Когда интернет приобрёл электоральную значимость в масштабах страны, понятно, что он превратился в элемент пропаганды.

- По поводу Ирана – это наверное самая блокирующая страна в мире. В докладе было упомянуто, что блокируется там много чего. Но блогеры, которые там были (в частности, Тёма Лебедев), рассказывают, что там в каждой подворотне и за каждым углом предлагают всё то, что недоступно в «официальной» жизни. Как ты относишься к конструкции, когда на уровне государство вроде бы всё заблокировано, а в реальность всё можно смотреть?

- Дело в том, что человек, который хочет обойти государственные ограничения, он это сделает. При помощи тора или различных сервисов анонимизации. Но большинство людей не хочет тратить время на подобные вещи. Что касается сервиса анонимизации ,им пользуется всего 2% населения в тех странах, где есть государственная цензура. Хотя казалось бы, что сложного в том, чтобы поставить тор? Точно также, как явно не все пойдут за углом искать ту информацию, которую они могут получить. Издержки при «пойти за угол» они достаточно высоки для обычных людей. Те, кто хочет получить скрываемую информацию, они её получат, другое дело, что они всегда будут в меньшинстве.

- Характерной чертой прокатившейся недавно «арабской весны» было блокирование властями соцсетей, ютуба и других подобных ресурсов. Впрочем, блокировка интернета совершенно не помогла, но другие страны продолжали его блокировать. Почему их опыт предыдущих стран ничему не научил?

- Ну это известная история про грабли – пока сам не наступишь, ничему не научишься. Да и к тому же, все эти события происходили в достаточно короткий промежуток времени, поэтому никакого серьёзного анализа и опыта не было ещё. Я думаю, с этим всё связано. Если бы власти Египта знали, что отключение интернета ни к чему хорошему не приведёт, они бы его не отключали. Они просто этого не знали. Они думали «наши политические соперники пользуются интернетом для общения с иностранными телеканалами и информационными агентствами – значит, нужно этот интернет отключить». В итоге спровоцировали только большие выступления, при том, что их наиболее радикальные оппоненты интернетом почти не пользовались, а пользовались мобильной связью. Я говорю про «Братьев-мусульман». Только сейчас исследования анализирует тот опыт, который был в 10-11 годах. До этого никаких таких исследований, чтобы кто-то мог почерпнуть из них информацию, не существовало.

- В докладе приведены результаты опроса общественного мнения: населения в общем и активных пользователей сети. Практически половина выступает против порнографии и эротики, и считает, что её бы надо заблокировать. Кто все эти люди? (с)

- Многие из тех, кто призывается запретить порнографию и эротику свой вклад в трафик подобного вида тоже вносят. Есть обычное человеческое лицемерие, когда с одной стороны порно смотрят, а с другой стороны призываешь его запретить. Российское общество настоено консервативно по очень многим вопросам, в том числе и по вопросам информации. Если бы был опрос, нужно ли ввести цензуру на ТВ, ответы были бы примерно такими же: не показывайте, никаких сцен секса и насилия. Те же люди, которые говоря, что из телевизора нужно выкинуть подобные вещи, они же их и смотрят, но консервативные настроения достаточно сильны. У нас средний россиянин не отрефлексировал собственные предпочтения в плане получения контента. Если эти предпочтения существуют, значит не надо это запрещать. Поэтому некоторое несоответствие в предпочтениях и желаниях существует и опросы это в очередной раз показывают. Позиция государства на этом фоне выглядит достаточно либерально, никто не призывает блокировать ресурсы эротической направленности, потому что тогда российский интернет обеднеет как минимум наполовину.

- Кстати, поэтому же опросу проблемы с наркоманией, суицидами и прочими подобными вещами волнуют всего несколько процентов людей, однако законы нацелены именно на это. Почему такой разрыв между тем, что люди не хотят видеть и те , что им запрещают?

- Дело в том, что государство рассматривает этот контент как общественно опасный, т.е. контент который привод к ущербу для общества. Грубо говоря, который стимулирует употребление наркотиков, стимулирует преступления против детей, т.е. считает данный контент прекурсором к реальным преступлениям.

- В рекомендациях для России вы поставили под сомнение, что участники рынка обладают достаточной экспертизой для саморегуляции подобных вопросов…

- Нет, мы ставили вопрос, что у государственных органов недостаточно экспертизы. При этом я не уверен в том, что российский рынок готов заниматься саморегулированием. Не с точки зрения качества решений, а именно с точки зрения их желания заниматься подобными вещами.

- Вы сделали достаточно глобальное исследование по многим странам. Не кажется ли вам, что практика блокирования по политическим и другим причинам отбросит страны от формирующегося глобального информационного пространства и чем больше в дальнейшем будет цензуры, тем сильнее страна будет отставать? Т.е. если мы проводим время в твиттере, фейсбуке, ЖЖ и там можем пересечься с японцами, европейцами, американцами, то сильно цензурируемые страны находятся в изоляции от общества.

- Да, в этом контексте я могу согласиться. И мне бы не хотелось, чтобы Россия выпала. Именно поэтому мы рекомендуем, чтобы все действия государства в части регулирования интернета должны быть максимально адекватными и не нарушать информационную и коммуникативную составляющую сети. И это задача не только государства, но и интернет-компаний, чтобы оказывать государству экспертную поддержку и быть готовыми брать на себя ту или иную степень ответственности, в том числе и наполнения реестра запрещённых сайтов. Нужно заниматься такими вещами сообща. Отказаться вообще от борьбы с незаконным контентом невозможно. Через 5-10 лет интернет станет главной информационной средой. Телевидение через это время окончательно проиграет интернету. Газеты ему уже проиграли. В этих условиях говорить о том, что государство вообще не должно обращать внимание на интернет невозможно. Нужно смириться с тем, что регулирование будет в целом расти. Другое дело, надо добиться того, чтобы регулирование не приводило к торможению рынка. Эта задача не простая и нельзя просто сидеть и целыми днями ругаться, почему государство такое вот плохое, почему оно принимает законы и вводит запреты. Как я вижу, государство было бы радо не заниматься наполнением реестра, было бы радо, если бы участники рынка совместно с организациями по защите детей самостоятельно всеми этими вопросами занимались. Все были бы рады. Только проблема в данном случае в том, что участники рынка саморегулироваться никак не хотят.

- В докладе было упомянуто, что в отношении нелегального контента в части фильмов, музыки, книг и т.д. гораздо более мягкий подход, чем у западных стран. Буквально на днях Мединский пожаловался на Минкомсвязи, которое по его словам, не хочет блокировать нелегальный контент. И Владимир Владимирович Путин его поддержал. Не ждёт ли нас в скором времени закрытие рутрекера и других популярных пиратских ресурсов?

- Полностью он не будет заблокирован никогда и нигде. Если мы посмотрим, даже в тех странах, где ведётся активная борьба с незаконным контентом для технически подкованных пользователей не составляет труда все эти ограничения обойти. То, что борьба с пиратским контентом в интернете будет – вещь достаточно очевидная. Причём она будет не только на уровне российских властей, это международный, глобальный трафик. Россия пока отстаёт от западных стран. Рано или поздно, в том числе и под международным давлением, нашим властям придётся вводить те или иные ограничения. Хотя по большому счёту, собственной инициативы по этому поводу пока не заметно. Но в целом да, в целом борьба с пиратством будет усиливаться. Я не знаю, когда будут приняты, и главное – какие это будут законы, но все государства мира будут всё больше бороться с нелицензионным контентом. В любом случае, мы же понимаем, что тот, кто хочет получить нелегальный контент в интернете, он его получит.

- Станислав, благодарим за уделённое нам время!

Фильтрация in Zero by

Возможно, вас также заинтересует:

  • Vladimir Shikov

    С социально опасным контентом бороться конечно надо, но торренты не трогайте. Наверняка за Мединским стоит США.
    Путин, поддержав «антипиратский» законопроект, настроит всё молодое поколение против себя. Нельзя под правообладателей прогибаться. Они часто не являются авторами контента и лишь паразитируют на чужом. Американские правообладатели даже предложили легализовать использование компьютерных вирусов для борьбы с пиратством. Это бандитизм и напоминает средневековую инквизицию.

    По качеству альтернативы пиратским сервисам пока нет. И это при том, что денег у правообладателей намного больше.

    Поэтому всё больше и больше западных пользователей за небольшую плату покупают vpn и обходят все блокировки. Такими темпами средства обхода блокировок станут для обычного пользователя такой же обыденной вещью как антивирус — защита от правообладателей паразитов. Кстати, есть и бесплатные и безлимитные vpn сервисы.

    Вот если бы Путин объединился с google и Кимом Доткомом, то можно было бы остановить беспредел правообладателей и наладить нормальный файлообмен.

    Файлообмен в т ч торренты — суть интернета.

    А копирастия — такая же мерзость, как и гомосексуализм. России нельзя поддаваться международному давлению, тем более, что таким странам как Китай плевать на копирастию.

    Надеюсь Путин встанет на сторону нашего народа, который привык использовать торренты, и не станет кормить США.

    • http://twitter.com/Syzygy_ Syzygy

      Вообще-то, Путин недавно заявил, что пиратство надо прекращать. Ну, не совсем, конечно так, а выразил поддержку антипиратской кампании.

      • Vladimir Shikov

        Значит Путин хочет запад покормить. Продался американским корпорациям.
        Россия без Путина!!!!!!!!!!!!!!

  • Vladimir Shikov
При копировании материалов ссылка обязательна.